Давосский форум всегда был ярмаркой тщеславия и глобального консенсуса, но в аналитике Алексея Арестовича он превратился в сцену жесткой политической драмы. Когда Владимир Зеленский после двух дней демонстративного отсутствия всё-таки поднялся на трибуну, мир услышал не привычную мольбу о помощи, а жесткий, граничащий с вызовом ультиматум. Этот «антиевропейский демарш», как окрестил его Арестович, стал не просто эмоциональной вспышкой обиженного лидера — за ним скрывались сорванные кулуарные планы, холодный расчет Дональда Трампа и глубокий раскол между Киевом и европейскими элитами.

Горькая пилюля от Брюсселя и сорванный триумф

За кулисами Давоса разворачивалась тихая катастрофа украинской дипломатии. Проект «Совета мира» (Peace Council), на который Киев делал огромную ставку, забуксовал. Европейские лидеры отнеслись к нему прохладно — премьер-министр Италии Джорджа Мелони и вовсе заявила, что участие в таком формате противоречит итальянской конституции, потребовав серьезных доработок.

Но главный удар нанесло руководство Евросоюза. Зеленскому прямо и недвусмысленно дали понять: полноценного членства в ЕС Украине в обозримом будущем не видать. Вместо этого Брюссель предложил унизительный эрзац — некий «особый формат» ассоциированного членства. По выражению Арестовича, страну пригласили в европейскую семью «на птичьих правах» — без права вето и без права голоса. Президент Украины обиделся смертельно. По данным политолога Костя Бондаренко, у украинской делегации было заготовлено два варианта речи, и в ход пошел самый агрессивный.

Речь Джей Ди Вэнса в украинском исполнении

Выйдя на трибуну, Зеленский обрушился на Европу с критикой, которую Арестович сравнил со знаменитым жестким выступлением Джей Ди Вэнса на Мюнхенской конференции. Вместо дипломатических реверансов европейские лидеры услышали обвинения в слабости и политической импотенции.

Зеленский попытался перевернуть доску. Он предложил Европе сделку, граничащую с фантастикой: миллионная, закаленная в боях украинская армия станет главным щитом европейской безопасности, спасет ЕС и сделает его современным. В запале риторики президент даже пообещал «утопить у берегов Греции все российские суда», если страну наконец примут в европейский контур. Но этот пафос маскировал глубокое отчаяние.

Тень Трампа: кто дергал за ниточки?

Арестович усматривает в этом демарше прямую связь с фигурой Дональда Трампа. Накануне у Трампа сорвался его собственный амбициозный проект с покупкой Гренландии, а продвижение «Совета мира» зашло в тупик. В этих условиях Трампу срочно требовалось перехватить стратегическую инициативу и перевести международную повестку в наступательное русло.

Именно Трамп, по версии Арестовича, в личной беседе подтолкнул Зеленского к атаке на евробюрократов, пообещав нечто взамен. Зеленский пошел ва-банк, нарявкав на Евросоюз в надежде на американское покровительство.

Химиотерапия без права голоса

Европейские элиты «проглотили» обиду, но сделали выводы. Отношения между Киевом и Брюсселем безвозвратно потеряли былую безоблачность, став глубоко прагматичными и проблемными.

Арестович описывает отношение Европы к войне на истощение как к тяжелой химиотерапии. Европейцы не хотят воевать с Россией напрямую, им противна эта необходимость, но они вынуждены скрипя зубами выделять миллиарды. При этом они возмущены тем, что США пытаются рулить конфликтом, пока ЕС несет основное финансовое бремя, а огромные европейские транши тратятся вне самого Евросоюза.

Эпоха слепой солидарности Запада с Украиной подошла к концу, уступив место жесткому торгу. Зеленский разменял европейские симпатии на сиюминутную поддержку Трампа, но балансировать на этих весах становится всё труднее. И главный вопрос теперь звучит пугающе: что произойдет, когда уставшая от «токсичного» Киева Европа решит, что цена этой химиотерапии стала для нее неподъемной?

👉 Хотите подробнее узнать, как этот конфликт в Давосе, по мнению Арестовича, повлиял на готовность европейских стран поставлять Украине дальнобойное оружие и противостоять давлению Трампа?